Памяти капитана и поэта Дмитрия Павловича Тихонова - 29 февраля 1964 года

Автор
Опубликовано: 2250 дней назад (4 мая 2016)
0
Голосов: 0
СТИХИ ДМИТРИЯ ТИХОНОВА
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

ИЗДАЕТСЯ ВПЕРВЫЕ
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Стихи Дмитрия Павловича Тихонова полны того обаяния, которое может дать стихам только подлинный талант. Сдержанная и потому точная выразительность образов, мужественные и гибкие интонации сильного поэтического голоса, крепкий сплав мысли и настроения — вот что в них привлекает.
Поэт Д. П. Тихонов не известен читателю. Он не торопился публиковать свои произведения. И это делает их для нас еще дороже.
Начальник плавбазы «Академик Павлов» Д. П. Тихонов скоропостижно скончался в прошлом году, когда судно находилось на промысле в районе Шетландских островов. Флот потерял хорошего моряка, но тогда еще не было известно, что умер замечательный поэт. Умер в расцвете творческих сил — ему было 34 года.
Дмитрий Павлович давно связал сваю судьбу и творчество с морем.
Калининградское книжное издательство готовит к печати сборник стихов Д. П. Тихонова. Мы уверены, что они найдут прямой путь к сердцам читателей-моряков. Несколько стихотворений поэта мы предлагаем вашему вниманию сегодня.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


От моря и до моря

Без числа, без времени, без даты,
В неизвестный день календаря,
К берегам земли придя когда-то,
Я без спроса отдал якоря.
Я вчера, а может быть, сегодня,
Не узнав, что будет впереди,
Прошагал по выброшенной сходне,
Распахнув голландку на груди.
Я ушел, смеясь н балагуря,
Почернев на солнце, как индус.
Мне к ногам выбрасывала буря
Бахрому малиновых медуз.
Веселясь, кощунствуя и споря,
Бесшабашен, смел и некрасив,
Я прошел от моря и до моря,
Никого об этом не спросив.
Не было ни севера, ни юга —
Только свист в вершинах тополей,
Только листьев огненная вьюга
На холодном гравии аллей.
Только ветер с солью вперемешку,
Только волн чудовищный размах.
Только песня, спетая в насмешку
Над людьми, живущими в домах.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


ЗАМОК ЭЛЬСИНОР

Между мелями песчаными
Пробираясь наугад.
В ночь сырую и туманную
Мы входили в Каттегат.
Как струящееся марево,
С каждой милею бледней,
За кормой дрожало зарево
Копенгагенских огней.
И как древние предания,
Как летучие дымы
Проплывали старой Дании
Неуютные холмы.
Я стоял на мокрой палубе
И смотрел во тьму — туда,
Где стонала в вечной жалобе
Потесненная вода.
Словно латниками черными
Окружен дубов стеной,
Замок с башнями дозорными
Встал из мороси ночной.
Есть поверье в старой Дании,
Что под сводами дворца
Ходит к сыну на свидание
Тень убитого отца.
Мне казалось: с мором на ухо
Тихо шепчутся кусты,
В свете факела кровавого
Пляшут красные шуты.
И под стенами старинными
В цепких зарослях плюща
Вьются взмахами орлиными
Крылья черного плаща.
Там зубчатая громадина
Чью-то тайну сторожит.
В тех песках, никем не
найдена
Шпага Гамлета лежит.
И течет путями древними
Сквозь пространства и века
Между сонными деревнями
Зунда узкая река.

ПОСЫЛКА

Нам доставили посылку
И по радио, тайком.
Намекнули на бутылку с ереванским ярлыком.
Подойти друг к другу трудно:
Ветер, ночь, волна крута, Раскачало оба судна.
Воду черпают борта.
Но ребята не ударят
Перед нами в грязь лицом.
Бочку новую бондарят,
Обвязав ее концом.
Вот она летит в пучину,
И в бушующей ночи
Повели ее как мину,
Двух прожекторов лучи.
Вот она уже у борта,
Взять ее совсем легко.
«Где багор? Какого черта...
Вечно прячут далеко!».
Вот уже багром задета...
«Прямо руль! Машина — стоп!»
В голубом потоке света
Бочка поймана за строп.
Все промокли, все довольны,
В сапогах у всех вода.
Кто-то сбил коленку: больно,
Но и это не беда.
Мы плюем на эту качку,
На проклятую пургу.
Мы подмокших писем пачку
Разрываем на бегу.
И на чьей-то койке, прямо
Меж пакетов и газет,
Ереванский «гвоздь программы»
Извлекается на свет.
Ничего, что в час урочный
Берген дал плохой прогноз,
И у нас во тьме полночной
Не видать обычных звезд.
Мы стоим, подняв бокалы,
Все одной судьбой равны.
Нам ночные девять баллон
Абсолютно не страшны.
Нам с успехом греет души
Теплота условных звезд.
Мы за всех друзей на суще
Поднимаем первый тост.
Чтобы выпить мы смогли бы,
Возвратясь к земле родной,
Чтоб вовсю ловилась рыба,
А не в сутки по одной.
Чтоб ветрам не дуть жестоким,
Чтоб не быть крутым волнам,
Словом, чтоб морские боги
ыли милостивы к нам.
И, конечно, спору нету,
Каждый пьет за ту одну,
За своих небес планету —
За моряцкую жену!


НА ФЛАГМАНЕ

В белых космах снежного заряда
Замело кипучую струю...
Я иду на флагмане отряда
Головным в кильватерном строю.
Утонула в мутном снегопаде
Горизонта дальняя черта.
Ни с боков, ни спереди, ни сзади
Не видать, буквально, ни черта!
Те, кто сзади держат интервалы,
Могут час-другой передохнуть:
Если флагман вылетит на скалы,
Строй всегда сумеет отвернуть.
Хорошо бы в маленьком салоне
Отхлебнуть горячего чайку,
Но идущий лидером в колонне
Должен быть все время начеку.
Да, пожалуй, будет не до чая,
Если миль четыреста подряд,
Головой своею отвечая,
Ты живешь тревогой за отряд.
Но не вечно будет непогода.
В час, когда уляжется пурга,
На последних милях перехода
Я открою первым берега.
На предельной цифре оборотов,
И никем не считанных узлов,
Мы ворвемся первыми в ворота,
В море выступающих молов.
И когда гудков растают звуки,
Заревут и смолкнут дизеля,
Нам протянет дружеские руки
Первым долгожданная земля.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Моряцкое счастье

Я помню дорогу под кручей.
Горячую ленту шоссе,
В канавах кустарник колючий
И чаек на узкой косе.
Я помню холодные зори,
Прибой у базальтовых скал,
Где я затаенное морем,
Матросское счастье искал.
Оно у людей, как и горе,
У каждого есть па пути.
Но счастье, даренное морем.
Не всякий умеет найти.
Лишь тот, кто нередко рискует
И рук не боится обжечь.
Лишь тот, кто в беде не тоскует.
Умеет его уберечь ...
Я тоже надеюсь отчасти,
Что может случится и мне,
Скупое моряцкое счастье
Поймать в золоченой волне.


Рабочая волна

В эфире молнии и громы,
В эфире музыки и свист,
Когда движением знакомым
Берет наушники радист.
За черной бездной расстояний
Едва в приемнике слышна
В помехах северных сияний
Его рабочая волна. Радист берет потоки знаков,
Понятных только одному,
В мычаньи радиомаяков,
Всю ночь мешающих ему,
Он чутко слышит каждый шорох
Далекой станции.
И вот —
Радиограмм огромный ворох,
Где лишь одной недостает –
Недостает той пары строчек,
Которых мне с большой земли
Среди других тире и точек
Отправить нужным не сочли.
Туда, где свет сошелся
клином.
Где облака и битый лед,
Где небо кажется с овчину
Нам пятый месяц напролет,
Где в обмерзающих антеннах
Разряды, музыка и свист,
Где каждый раз в часы обмена
Берет наушники радист.
Комментарии (1)
Андрей # 18 марта 2022 в 11:15 0
Стихи Тихонова очень искренние и по ним сразу чувствуется, что этот человек был влюблён , если так можно выразиться, в свою профессию и в море.